May 16th, 2010

Blick

Дорога домой, или какой это все-таки длинный путь

 

Дорога домой, ностальгия, детство…

Все мы родом из детства, это наша единственная истинная родина, то, что мы любили, чем мы дышали тогда, это все остается на всю нашу жизнь. Мы любим все то, что мы любим, зачастую лишь потому, что когда то научились любить, мы это увидели, нам это понравилось, мы это приняли, и вот мы здесь и сейчас, но, то, все то, осталось так далеко, так…
Они ехали, в купе помимо них никого не было, две пустых койки и две занятых, но они и не думали спать в эту ночь, слишком много было мыслей, слишком о многом хотелось думать и вспоминать.
Выйдя в тамбур, закурив, смотря в окно, среди тех проносившихся на фоне далеких огней снежинок, что можно было увидеть?
Ничего?
Лишь холод и безразличие мира?
Или просто природу, что скоро проснется, и опять будет тепло, опять будет зелень повсюду, он знал, что так и будет, он был человеком, это значило, он должен был это знать, ему не обязательно было верить в это, так происходило всегда, но…
Будь он зверем…
Как он узнал бы об этом…
Что все опять вернется, что этот холод, эта сплошная белая пелена лишь просто отрезок времени, от осени до весны, который нужно пережить, как угодно и все…

Открытое окно, клубы пара и сигаретного дыма, уносились в него, в эту черноту, если их никто больше не увидит, значит ли это, что их нет, если они исчезнут, растворятся через секунду, значит ли это… что их никогда и не было…
Холод…
Это когда даже атомам лень…
Collapse )
  
Muse

Бланш, Технолиз.

 Клифт устало смотрел на море. Такой взгляд подобает взрослому, а отнюдь не двенадцатилетнему пацану. Вчера штормило, и вдоль берега были разбросаны коряги. В них рылись какие-то птицы, задрав голову, переходя от одной к другой, потом дальше – к следующей. Так, словно они разнорабочие этого мира, птицы занимались своим уже отложившимся в их генах делом – искали морские организмы.
А находили чаще всего мусор.
Он в свои годы уже догадывался, что весь этот мир состоит из мусора, вот только горожанину этого не понять, там, откуда он был родом, верили в чистоту природы. Его мать любила покупать все «натуральное», «природное», словно надеялась, что это поможет ей защититься от морщин и избавит от лишнего веса. Сын её как-то захотел прокричать – «мама, свиньи накапливают жир и у любой твари под старость кожа свисает складками, ты у кого просишь молодости, у той, что придумала смерть?» Но мать бы не поняла и уж точно обиделась, для неё до самой смерти мир останется чем-то чистым и невинным, наверняка подсознательно она считала, что люди потому и болеют и затем умирают, что они – люди, а все другие живые существа – вечны, бессмертны и живут под крылышком бога.
Но как ей и подобным сказать, что все это лишь придумали торговцы, или как там они себя называют, они не могут конкурировать с химией, вот и запустили эту акцию давным-давно. Он разгадал их намерения, слышал о таблетках из мела, которые запивают водой, но все остальные надеялись, что это им поможет. Иногда ему приходили на ум странные вещи, но толку говорить об этом кому-то – не было, лучше не вникать во все это и заниматься чем-то интересным. Вот когда он вырастит – посмотрит. Может что-то изменится к тому времени.
Вдалеке точка то показывалась над водой, то вновь погружалась. Она покачивалась на волнах, похожая на водоплавающую птицу, но он знал, что это за тварь, у неё даже имя было – Майкл. Его друг мог плавать часами, а если бы не нужно было есть – и днями.
Collapse )
.